Неординарные преступники и преступления. Книга 4 - Алексей Ракитин

Повторные слушания продолжились через день, то есть 19 июля. Детектив Браун по-прежнему отсутствовал — был на рыбалке — и потому от службы шерифа никто показания дать не мог. Коронер Гербер дал показания, из которых следовало, что он сомневается в виновности Долежаля, поскольку каменщик не обладал квалификацией, необходимой для аккуратного расчленения трупа. Между тем убийца Полилло продемонстрировал завидное мастерство в этом весьма специфическом деле.

В ходе слушаний судья Пенти заявил о несогласии с квалификацией обвинения Долежаля в убийстве первой степени и заявил, что согласен только на обвинение в непредумышленном убийстве. Этот вывод делал допустимым выход обвиняемого под залог. Дэвид Герц, представитель «Американского союза защиты гражданских свобод», тут же предложил в качестве залога 5 тыс.$, пообещав, что после выхода Долежаля из тюрьмы сразу же отправит его для психиатрического обследования в условиях стационара. Такой суммой не располагал ни сам подсудимый, ни его брат, и, предлагая залог, Дэвид Герц должен был внести личные средства. Он очень хотел помочь Долежалю, в невиновности которого не испытывал сомнений, но судья, сообразив, что обвиняемый может ускользнуть от закона, заявил, что сумма в размере 5 тыс.$ совершенно недостаточна, и даже в 15 тыс.$ тоже недостаточна.

Одна из подробных публикаций, посвящённая обвинениям в отношении Долежаля, в номере газеты «Evening star» от 8 июля 1939 года. Газета эта издавалась в столице страны Вашингтоне и распространялась на всей территории Соединённых Штатов. Кстати, подпись под фотографией слева гласит, что между Долежалем и шерифом О'Доннелом стоит начальник окружной тюрьмы Килбайн, что неверно. Подобные ошибки характерны для публикаций тех лет — репортёры постоянно путали имена, фамилии, даты, должности и пр., а потому всё, прочитанное в газетах, сейчас требует отдельной проверки. Другой проблемой являются транскрипции имён и фамилий, особенно экзотических, славянских, либо арабских, автору известны случаи. когда одного и того же человека американские журналисты называли шестью (!) несхожими именами и фамилиями.

Этой сентенцией судья предвосхитил итог слушаний — Долежаль был обвинён в непредумышленном убийстве Флоренс Полилло и мог быть выпущен под залог в 20 тыс.$, но поскольку никто не смог внести такой залог [ни он сам, ни кто-либо вместо него], он остался под стражей до суда.

Итак, осталось дождаться открытия Большого жюри, которое, напомним, должно было начать работу 24 июля и вынести вердикт в течение недели. Однако исполнявший обязанности окружного прокурора Джон Мэхон (John J. Mahon) заявил, что намерен повременить с выходом в эту инстанцию, поскольку желает провести ревизию собранных службой шерифа материалов. По прошествии пары недель Мэхон обтекаемо сообщил прессе, что надеется на рассмотрение дела Долежаля в Большом жюри в сентябре.

В таком довольно неопределённом положении ситуация застыла на несколько недель. Но днём 24 августа 1939 года пришла новость, застигшая врасплох почти всех жителей Кливленда — Фрэнк Долежаль предпринял ещё одну попытку покончить с собой и… ему это удалось!

Согласно официальной версии событий сотрудник службы шерифа Хью Кроуфорд (Hugh Crawford), нёсший службу на четвёртом этаже окружной тюрьмы, был всегда очень внимателен к Долежалю и никогда не выпускал его из вида надолго. Незадолго до двух часов пополудни он отвлёкся на то, чтобы проводить посетителя, явившегося на встречу к заключённому, находившемуся в камере в противоположном конце коридора. Долежаль оставался вне поля зрения Кроуфорда около трёх минут. Подойдя к его камере, помощник шерифа обнаружил Фрэнка висящим в петле, закреплённой на вешалке в дальней части камеры возле унитаза. Кроуфорд немедленно подал сигнал тревоги и вместе с подоспевшим нарядом вошёл в камеру, снял тело Долежаля [вместе с петлёй] с вешалки и уложил на матрас, брошенный на пол.

Далее, действуя согласно принятой инструкции, Кроуфорд разрезал верёвку, не затрагивая узел, и стал делать повешенному искусственное дыхание. В это самое время кто-то из конвоиров позвонил в больницу и пожарную охрану. В дежурном журнале пожарного ведомства звонок с сообщением о повешении в окружной тюрьме был зарегистрирован в 13:56.

Врачи и пожарные, прибывшие в тюрьму, констатировали смерть обитателя камеры № 11 и надлежащим образом проинформировали о случившемся службу коронера и городскую полицию.

Фрэнк Долежаль после извлечения из петли. Чёрная нитка рядом с головой — это его чётки, которые он обычно носил на шее подобно тому, как женщины носят бусы. Тряпка, брошенная на одеяло — это разрезанная верёвка, в которой был найден арестант.

В течение последующего часа возле трупа собрались представители всех заинтересованных сторон — лично прибыли коронер Гербер, адвокат Соукап, Дэвид Герц с несколькими помощниками, детектив-инспектор Джозеф Суинн и детектив-сержант Хоган от городской полиции, а кроме них — целая толпа сотрудников службы шерифа. Сам шериф О'Доннелл, разумеется, не показался — как это и полагается матёрому политику, перекладывающему самые неприятные обязанности на других. Вместо него в тюрьме отдувался за подчинённых первый заместитель шерифа Кларенс Тайлики (Clarence M. Tylicki).

Гербер во всём быстро разобрался и согласился с тем, что Долежаль покончил жизнь самоубийством. Однако адвокат Соукап и представители «Американского союза защиты гражданских свобод» потребовали исключить спешку и провести внимательный анализ обстановки на месте происшествия. На чём повесился обвиняемый? Отнюдь не на полотенце, поскольку полотенце у него всегда после использования забирали — так конвой стал поступать после попыток самоубийства, предпринятых в ночь на 10 июля. Верёвка, из которой была сделана петля, представляла собой ветошь из муслина, которая использовалась при уборке помещений. Как это тряпьё попало в руки арестованному? Тюремные охранники признали, что выдавали его Долежалю для того, чтобы тот мог занять себя каким-либо делом — он ежедневно намывал камеру и ветошь возвращал. Но если он возвращал полученные тряпки, то как он накопил несколько больших кусков, которые сумел превратить в достаточно длинную верёвку? На этот вопрос ответа так никто и не дал.

Однако далее стало только интереснее. Обыскав одежду Долежаля, коронер обнаружил в одном из карманов… отломанную ручку жестяной кружки с очень острыми краями. Этот обломок представлял собой весьма опасное в тюремных условиях оружие, которым легко можно было нанести серьёзное ранение шеи. А на животе умершего заключённого коронер обнаружил несколько кусков муслина, намотанных наподобие пояса. Гербер решил, что обе находки свидетельствуют о подготовке Долежалем самоубийства. Арестант, по-видимому, колебался в вопросе практической реализации задуманного, не зная, как лучше поступить — вскрыть вены или сунуть голову в петлю.

Защитники Долежаля с этим выводом не согласились. Они задавали представителям службы